Матье Блази дебютировал в Chanel с круизной коллекцией, и мы угадали тему resort 2027 по первым двум нотам, точнее фото. Креативный директор и команда отправились в Биарриц. Для тех, кто хоть немного знаком с историей моды, не секрет, что именно здесь, на юго-западе Франции, вдоль Берегов Басков, мадемуазель Шанель открыла первый haute-couture-бутик и здесь же искали пристанище все, кто бежал от войны в годы Первой мировой. Они же волею судеб становились ее клиентами. Так что для Chanel Биарриц, по сути, и стал точкой отсчета. «В 1914 году вся эта интеллигенция, творческие люди, художники — все они начали съезжаться в Биарриц, спасаясь от того, что происходило в Париже, и именно здесь у нее вместе с Боем возникла идея создать собственный дом моды», — делился с коллегами из Vogue Блази. Интересно, что для дизайнера город тоже вызывает цепь прочных воспоминаний из детства: «Семья моего отца жила в Пиренеях, поэтому летом мы приезжали сюда купаться».
Начал Блази уверенно, бодро и по делу. С маленького черного платья, которое в руках креативного директора опустилось в талии (в лучших традициях Коко) и обзавелось белыми геометрическими стежками. В свою очередь, модель, открывшая показ, сжала в кулаке мощный черный бант-клатч вместо сумки — Блази заметил, что оригинал он обнаружил в Институте костюма Метрополитен-музея, но тот шел именно с бантами на спинке. Матье решил переиграть идею на свой манер.
Следом увидели твидовые костюмы, которые отлично смотрелись с велосипедками и сандалиями без подошвы. Да, вы все правильно прочитали. Матье напрочь избавился он нее, оставив прикрытой только пятку (помним со времен греческой мифологии, что место это уязвимое), ведь гулять босоногими по белоснежному песку, натуральному, как в Биаррице, или искусственному, как на шоу, куда приятнее. Жакеты Блази меж тем украшали по канту вязаными морскими звездами и кораллами. Впрочем, из последних в ателье Chanel лихо собрали и полноценные платья — выглядело очень эффектно.
Не опять, а снова (и мы это говорим исключительно с положительной коннотацией) Блази расшивал традиционные для дома костюмы с юбкой пайетками, пошил их же из денима (или его имитации — он такое любит). Следом вывел купальные костюмы. Их носили с чудесными и всевозможными вариациями шапочек и высоченными резиновыми сапогами. И, конечно, отдал дань уважения наследию, замиксовав шанелевские зипки в морскую полоску с многоярусными своими юбками с бахромой по подолу. Над логотипами дизайнер тоже поработал в свойственном ему гиперболизированном жанре — разогнал их до таких размеров, что мы не сразу признали хорошо знакомые CC.
В его кожаных костюмах (все еще с юбкой) считывался опыт работы в Bottega Veneta, а еще рыболовные сети. В его тоуты с человеческий рост вмещались не то что пляжные принадлежности, а целый гардероб Chanel. На его трикотажных поло разворачивались полноценные зарисовки из жизни Коко, а в ушах моделей «прятались» раковины и ракушки.
«Ну и какой прибрежный город без русалок?» — подумал Блази и пошил совершенно кутюрные платья, которые при всей своей сложносочиненности совсем не выглядели пафосно. Единственное, что, пожалуй, вызвало вопросы, так это газетный принт. И нет, это совсем не оммаж гальяновскому платью Кэрри Брэдшоу (хотя привет Джону был послан). Со слов Матье, во время ресерча он наткнулся на высказывание Шанель, что она, как и мужчины, любит читать газеты.
На предварительном показе Блази поделился последней разработкой версии стеганой Chanel из морской синей смолы с ажурным узором: «Она водонепроницаемая. В ней можно плавать!» Что же, попутного ветра, Матье, и уверенного заплыва за буйки!